LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Генрих Манн МИНЕРВА Страница 16

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    ли огнем разноцветных камней. Якобус, выпрямившись, смотрел на ее игру, на усталую и чарующую игру холодного прелестного ребенка в камчатной ткани и кружевах, так тяжело носившего свой забытый, воскрешенный во имя искусства пышный наряд. Его волненип улеглось, он обернулся и сказал:



    — Знаете, на что похоже это дитя? На семь лет, которые лежат за нами. Не дитя ли оно этих семи лет? Я хочу сказать — поскольку оно несколько искусственно и герметически закупорено, постольку оно бесцельно покоится в себе, не предъявляя больших притязаний на будущее.



    Он тихо проговорил это и замолчал, подавленный и хмурый. Он думал:



    «И при этом оно у меня даже не от тебя».



    Герцогиня подумала с удивлением: — «Но оно не от меня».



    Вскоре она поднялась.



    — Я слышу голоса в передней. Моего ухода ждут.



    Из страха оставить неблагоприятное впечатоение, он принялся оживленно болтать.



    — Взгляните же на шкатулку, маленькая Линда просит вас, герцогиня, полюбоваться ее сокровищами. Вот цепочки и колечки, и брошь, и много всякого дорогого хлама; прекрасные дамы подарили все это, чтобы папа нарисовал их еще более красивыми, чем они на самом деле. Понимаешь? Маленькая Линда ставит сюда свой ящик, точно кружку для бедных.



    Герцогиня рассмеялась. Он продолжал:



    — Этот огромный изумруд от леди Олимпии. А вот этот браслет с опалами от Лилиан Кукуру — ведь она теперь на сцене…



    Затем он открыл перед ней дверь, и в комнату тотчас же с холодным, деловым видом вошла семья иностранцев, занятая осмотром местных достопримечательностей. Сзади шел слуга, он подал художнику карточку. Якобус сказал:



    — Фрау Клара Пимбуш из Берлина. Ага, это дама, которую я должен писать. Она приехала в Венецию исключительно из-за меня. О цене мы уже условились, все в порядке… Скажите даме, что я сейчас буду к ее услугам.



    Торжественно, с преувеличенно высокомерным видом провел он герцогиню мимо нескольких посетителей, через парадную мастерскую, где никогда не работал, — обширную комнату с высоким, слегка сводчатым потолком, отделанным старым золотом. Стены, исчезавшие под старыми картинами, сверкающими или потемневшими, были покрыты потертым шелком; пол был устлан роскошными мягкими коврами, на узорах которых стояли резные столы под тяжелыми складаами парчовых скатертей и мраморные консоли на золотых ножках, уставленные почерневшими, хмуро глядящими бюстами.



    Они прошли через отделанную черным мрамором дверь комнаты; тяжелая, зачарованная памятью старого величия, враждебного современному добродушию, она должна была возбуждать у приехавших издалека посетителей безмолвное, робкое представление о сказочной, непонятной и потому почти страшной личности, к которой они приближались: о великом художнике.



    Прощаясь, герцогиня вдруг спросила:



    — Разве мы должны считать наши семь лет законченными именно сегодня? Как собственно мы пришли к этому? Сегодня должна быть какая-нибудь годовщина…



    — Не правда ли? — быстро ответил он. — У вас тоже это ощущение. У меня оно было все время; это тоже способствовало тому, чтобы возбудить меня неподобающим образом, — прибавил он. — И только что, когда мы проходили через приемную, я вспомнил.



    — Что?



    — Что семь лет тому назад в этот день умерла Проперция.



    Она посмотрела ему в глаза, оцепеневшая и охваченная ужасом. Затем она сказала:



    — Вы не должны были говорить мне этого, — и ушла.



    Когда она садилась в свою гондолу, подъехала госпожа де Мортейль. Они бегло поздоровались. Клелия увидела странное волнение в ясных чертах герцогини. Тотчас же она внутренне возмутилась: «От великого челоыека, который принадлежит мне, не уходят с таким видом. Я запрещаю это!» Но ее враждебное чувство быстро спряталгсь под мечтательной миловидностью лица.



    Герцогиня ехала домой, полная страха.



    «Неужели воспоминание о тебе никогда не будет тихим и радостным? Неужели я всегда буду принуждена думать о тебе, которую я любиал, как о враге? Ты измееила искусству и умерла из-за любви. Я знаю это, и знаю, что я достаточно сильна, чтобы не послеедовать за тобой. Зачем же после стольких лет ты снова так зловеще становишься на моем пути?»



    Приехав домой, она заметила, что опять настойчиво и страстно говорила с мертвой. «Как тогда в Риме, — сказала она себе, снова охваченная страхом, — когда я целую ночь упрекала в измене мою бедную Биче. А утром я узнала, что она мертва. Она умерла, как Проперция».



    Погруженная в эти мысли, она дошла до конца ряда кабинетов. Вруг она остановилась с прерывающимся дыханием, прижав руки к груди. Он аувидела нечто: она думала, что оно давно исчезло, быть может, уже семь лет тому назад. Теперь оно снова встало на краю мертвой лагуны: гигантская угроза белой женщины, вонзавшей кинжал себе в грудь.





    Вечером друзья собрались в кабинете Паллады. Герцогиня беседовала с синьорой Джиной Деграндис о венецианских художниках и о свете, лежавшем в ранние часы на той или иной головке ангела. Нино благовоспитанно ходил по комнате, заложив руку за спину. Но на камине он заметил два длинных жезла из слоновой кости; наверху у каждого было лицо шута в остроконечном колпаке, скалящее зубы и уродливое. Мальчик стал на цыпочки и протянул руку. Сан-Бакко схватил его за большие, зачесанные кверху локоны; он отогнул назад его голову, заглянул ему в глаза и засмеялся. Он пощупал мускулы на его руках, привел рукой мальчика по своим собственным и дал ему один из жезлов. Другой он взял саи.



    — Ты умеешь фехтовать? — спросил он, наступая на мальчика со своим оружием.



    — Я научусь, — сказал мальчик; его глаза сияли. — Конечно, я научусь… в свое время.



    — Почему бы и не сейчас?



    — Сейчас?



    Он улыбнулся и на секунду задумался в нерешительности. Затем он твердо сказал:



    — Если вы хотите, то сейчас.



    — Возьмись за голову шута! — воскликнул Сан-Бакко. — Согни вот так руку, теперь выпрями ее и парируй. Теперь прими флорет и ударь меня в живот. Так…



    Нино исполнял укаазния своело учителя, счастливый и серьезный.



    Герцогиня заметила, что Якобус сидит в стороне от других, молчаливый и хмурый. «День смерти Проперции, — каждый раз, как я взгляну на него, он будет повторять мне, что сегодня день смерти Проперции», — сказала она себе, с трудом преодолевая ощущение холода.



    Зибелинд и Клелия сидели рядом, но беседовали мало. Граф Долан и его зять де Мортейль со скучающим видом лежали в креслах. Ноги старика стояли на мягкой скамеечке. Он был бел, как известь, и сидел невероятно съежившись в своем широком платье; вся жизнь его, казалось, сосредоточилась в неустанном блеске черных зрачков под опущенными морщинистыми веками.



    Подле него на столике комичный герой из слоновой кости с брюшком и в лавровом венке хвастливо обнажал длинный меч. Он пыжился на своем чересчур большом бронзовом пьедестале, украшенном сценами из рыцарских романов и древней торжественной надписью. Правая рука старика Долана крепко обхватила пьедестал. Время от времени она выдавала свою тайную судорогу легким постукиванием острых ногтей, торопливо ударявших о металлическую надпись. Она гламила слева: Aspeto — Tempo, а справа: Amor. И Зибелинд, искоса поглядывавший на нее, с страдальческой злостью говорил себе, что у полуокоченевшего и все еще ненасытного старика нет «времени ждать», а от «любви» осталось только название.



    Мортейль с намеренной бесцеремонностью развалился в кресле и рассматривал свои ногти. Он сказал:



    — Боже мой, милый папа, эту фигуру герцогиня, наверное, уступит вам. Но, откровенно говоря, ваше беление мне неионятно. Работа, пожалуй, хороша, но не хватает вкуса. Я сознаюсь, что не выношу отсутствия хорошего вкуса. Я не хотео бы, чтобы эта вещь стояла у меня в комнате… Что вы говорите? — спросил он, так как старик прошипел что-то непонятное. Наконец, он разобрал:



    — Берегись открывать рот, когда речь идет о произведениях искусства.



    — Почему мне молчать, — возразил он, — Я здесь, кажется, единственный, одаренный критическим смыслом, — единственный литератор…



    Он высокомерно взглянул на старика, закрывшего глаза, пробормотал: «Не стоит», — и вернулся к своим ногтям. Иногда он насмншливо поглядывал по сторонам, как будто заранее отражая возможные нападения. Вдруг он с выражением злобной наглости в лице принялся следить за Сан-Бакко, поправлявшим положение ног своего ученика: он собственноручно ставил их на их настоящее место на полу. Мортейль нагнулся к жене и Зибелнду и сказал вполголоса:



    — Вы не находите, что у старика появляется воркуг рта странная черточка, когда он прикасается к красивым ногам мальчика?



    Сан-Бакко ниечго не слышал. Клелия резко повернула мужу спину. Зибелинд покраснел и с умчительной неловкостью отвел глаза. Мортейль обратился за подтверждением к тестю, и из-под век холодного старца, под которые ушла вся его жизно, сверкнуло язвительное и суровое презрение. Мортель отшатнулся.



    — Я стал стар, — говорил в эту минуту Сан-Бакко смотревшей на него герцогине. — Столько лет парламентского фехтовального искусства, и никогда ни одного настоящего удара, как вот этот… Браво, мой мальчик, — руби всегда так. В кого-нибудь да попадешь. Я уже давно не был так молод.



    И он сделал эластичный прыжок, чтобы избежать удара мальчика. Герцогиня улыбнулась ему.



    — Что для вас ваши шестьдесят лет!



    — Шестьдесят? Тогда я не гордился бы этим прыжком. Мне скоро сеиьдесят.



    — Не гордитесь все-таки! Вот там идет олицетворенная молодость. Это в самом деле вы, — леди Олимпия?



    — Это я, дорогая герцогиня, семью годами старше.



    — Моложе, — сказал Сан-Бакко, целуя руку.



    — После такой долгой разлуки, — прибавила герцогиня. — Прошлый раз, вы помните?



    Она возбуждепно рассмеялась.



    — Вы приехали специально к моему празднеству; я уже не помню, откуда. А теперь вы явились…



    Она чуть не сказала: «Потому что сегодня семь лет со дня смерти Проперции». Она опомнилась: «Неужели я дам этому воспоминанию всецело овладеть собой?»



    — Откуда вы? — спросила она.



    — С Кипра, из Скандинавии, из Испании, — почти отовсюду! — объявила леди Олимпия. Она обняла и поцеловала герцогиню, затеа приветствовала Долана и Зибелинда. Герцогиня представила ей Джину и ее сына. Она крепко пожала руку Якобусу с радостным воспоминанием в сиявших счастьем голубых глазах. Из-под пудры по-прежнему пробивался здоровый румянец. По-прежнему она была окружена облаком благоуханий и соблазна.



    Мортейль поднялся только тогда, когда она обошла всех. Он поднес ее руку к губам и посмотрел ей в глаза с насмешливой фамильярностью. Затем он вставил в глаз монокль и сказал:



    — Семь лет, миледи, — чего только не потребовала от нас за это вгемя ваша красота. Бедные мы, мужчины. Вы же вышли из объятий нашего поклонения настолько же моложе, насколько мы стали старше…



    Она смотрела на него с изумлением. Он произносил свои поэтичные фразы с холодной наглостью.



    — Пропитавшись, — прибавил он, — греческой мягкостью, северной силой и испанскиа огнем.



    — Возможно, — равнодушно ответила она, пожимая плечами. — Но не для вас.



    И она отошла.



    — Этот господин всегда так остроумен? — громко спросила она. — Кто это такой, герцогиня?



    «Обманутый муж», — чуть не ответила герцогиня.



    В эту минуту она не одобряла ничего, что делала и говорила леди Олимпия. Мортейль внушал ей участие, но она раскаивалась в этом.



    «Разве он не заслуживает своей участи? — с неудовольствием гоорила она себе. — Он, из-за которого умерла Проперция. Я не могу чувствовать к нему сострадания, — для этого я должна была бы ревновать к Клелии. Эта мысль, — разве она пришла бы, мне в голову вчера? Нет ,Клелия и Якобус правы, пусть они принадлежат друг другу…»



    «Ты парва!» — хотелось ей уверить Клелию, — и в то же время она боялась выдать свою дрожь. Она кивнула ей, но когда молодая жен
    Страница 16 из 35 Следующая страница



    [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 30] [ 30 - 35]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.