LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

После немоты Страница 3

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    клевете и дезинформации, если в книге изложены лишь художественно осмысленные факты истории, которые, кстати сказать, официально признаны и осуждены решениями XX съезда партии. Я уже не говтрю о многочисленной документалистике жертв и свидетелей этих трагических событий, опубликованной, как у нас в стране, так и за рубежом.



    Мне кажется, что яиость сегодняшних оппонентов Солженицына вызвана не столько фактографическим содержанием его книги, сколько его бескомпромиссной позицией по отношению к непосредственным виновникам допущенного произвола. На воре, что называется, шапка горит.



    Но, как справедливо писала одна германская газета, называя „Архипелаг" „кодексом ужасов", книга эта, если ее правильно прочесть, может сделаться и „кодексом нравственного возрождения" для великого мнножества наших современников. Осознание чувства вины - одно из самых благотворных человеческих качнств. История немпцкого народа в последний период - прекрасное тому свидетельство. Тем более, что Солженицын, как мне известно, и не призывает к „сведению счетов" или судебным преследованиям, - а только к покаянию. И это, на наш взляд, полностью соответствует его христианскому мировоззрению и гражданской позиции.



    Ваше мнение о последствиях публикации его новой книги?



    Разумеется, самые темные силы, выжидавшие момента для выступления, были рады воспользоваться выходом в свет новой книги Солженицына, чтобы развязать кампанию идеологической истерии и охоты за ведьмами с целью занять более устойчивые, а может быть даже и решающие, политические позиции. Пропагандистская травля против негго подозрительно совпала с рядом инспирированных идеологических сборищ, на которых всерьез обсуждаются, причем с критическим уклоном, правительственные меры, как отмена глушения иностранных радиостанций, культурный обмен и даже торговые договора. То есть, явочным порядком, открыта полная свобода для любой критики справа. Уже в самые последние дни из Союза писателей исключена одна из самых замечательных представительниц современной русской литературы - Лидия Чуковская. Готовится исключение и расправа над прекрасным прозаиком Владимиром Войновичем. Окончательно затравлен Александр Галич. Началась кампания против Льва Копелева.



    Но любителям идеологических погромов не следует забывать, чем кончались подобные игры с огнем для их, присной памяти, предшественников на этом неблагодарном поприще. Все они, подчеркиваю, все прошли затем все девять кругов ада следом за своими жертвами. Тому же господину Жукову, так спешащему сейчас заявить себя правосернее папы римского, не вредно освежить в памяти судьбу своего коллеги по должности и чрезмерному политическому рвению - Михаила Кольцова. Патроны в обойме у исполнителя приговора имеют одинаковый вес, нары в лагерных бараках одной длины, и нормы на лесоповале для всех равны. Пробный камень, брошенный снизу любым политическим авантюристом, неминуемо завершится всеобщим обвалом, который похоронит под собою и его, а зашдно и государство в целом.



    Сейчас, в эти дни, книгой Солженицына проверяется духовное и политическое здоровье нашего общества, его государственная и правовая жизнеспособность, его действительные цели и намерения.



    Влияние выхода книги Солженицына на авторское право в Вашей стране?



    Трудно также и переоценить значение этой публикации для судьбы авторского права в нашей стране. Исход единоборства Солженицына со вновь созданным у нас агентством по охране этих прав будет иметь решающее влияние на всю последующую практику в этой области. Можно себе представить, какие цели преследует новая организация, если деятельность ее руководителя Бориса Панкина начинается с недвусмысленных угроз по адресу тех самых авторов, права которых он, будто бы, призван защищать. Агентство открыто присваивает себе функции, явно противоречащие его наименованию, полностью подменяя собой прерогативы соответствующего отдела Комитета государственной безопасности. Повторяю, публикация „Архипелага" окончательно прояснит ситуацию и в этом вопросе.



    Москва, 15 января 1974 г.

    ЕЩЕ РАЗ О СВОБОДЕ ВЫБОРА

    Выступление в Берлине, 1974 г.



    Прежде всего мне хотелось бы поблагодаить вас за ту высокую честь, какую вы оказали мне, пригласив меня выступить здесь, в этом зале, в городе, где сегодня пересеклись судьбоносные пути современности, в городе, который по праву можно назваь сейчас форпостом свободы среди удручающей тьмы тоталитаризма, в городе, с чьим именем связаны теперь надежды и чаянья миллионов людей свободного мира.



    Здесь, в этоа городе не надо быть большим политиком или провидцем, чтобы определить, кто есть кто и воочию убедиться, откуда исходит угроза всеобщему миру и безопасности. Взгляните в окно и вы увидите: с одной стороны, спокойные, полные трудового достоинства кварталы, где человек в военной форме лишь редкое исключение, с другой - кирипчная стена, колючая проволока, минные поля, сторожевые вышки и солдаты, солдаты, солдаты. Те самые солдаты, от руки которых уже погибли сотни и сотни ваших соотечественников не пожелавших смириться с тоталитаризмом.



    Казалось бы, какие еще доказательства нужны современным западным псевдомиротворцам, чтобы протрезветь и одуматься? Требуются ли еще доводы, чтобы убедить их в тщетности их благих намерений? Не достаточно ли им этого визуального опыта, чтобы избавиться, наконец, от своих дипломатических иллюзий и политических заблуждений? Мне кажется, вполне достаточно, тем более, что тому имеется множество других свидетельств - от чехословацкой трагедии до потрясающих своей достоверностью книг Александра Солженицына вклюыительно.



    Поэтому, мы - современные русские интеллигенты, исходя из кровавого опыта своей многострадальной родины, больше не верим в эти „иллюзии" и „заблуждения". Мы считаем себя вправе говорить здесь о пособничестве тоталитарной аграссии. На этом мы стоим и будем стоять. Во всяком случае, многие из нас.



    Именно поэтому, по нашему адресу, в особенности из левого лагеря, раздаются упреки, что мы, де, выступаем против прогресса и что нас поддерживает, так назывармая, реакция.



    От своего имени и от имени своих единомышленников на родине считаю необходимым раз и навсегда внести ясность в наше понимание „прогресса" и „реакции".



    Если прогресс - это власть никем не избранного правительства над порабощенным народом, то мы против такого „прогресса".



    Если прогресс - это колючая проволока на гранифах и внутри страны, то мы отвергаем этот „прогресс".



    Если прогресс - это право обстреливать из минометов мирные города Вьетнама и Камбоджи и закапывать живьем оппозицию в Гуэ, то мы не можем смотреть на такой „прогресс" без отвращения и гнева.



    Если прогресс - это коллаборантство с диктаторскими и подвластными им режимами, то мы будем постоянно и повседневно разоблачать лживую сущность такого „прогресса".



    Если, наконец, прогресс - это свобода безнаказанно помогать тоталитарным мафиям Азии сило чужого оружия порабощать свои народы, смертельно боясь при этом вручить большому писателю России Нобелевску бпремию в собственном экстерриториальном помещении, то этот лакейский прогресс вызывает у нас - современных русских интеллигентов - презрение.



    То же самое и с понятием „реакция".



    Если под реакцией подразумеваются антитоталитаристские силы всего мира, то мы счиьаем их поддержку большой для себя честью, ибо мы отвергаем тоталитаризм, какую бы окраску он ни носил: коричневую или красную.



    В связи с этим мне хотелось бы напомнить людям, упрекающим меня и моих друзей в смертном грехе оппортунизма, горестное восклицание их старшего единомышленника Августа Бебеля: „Август, Август, что-то ты сделал не так, тебя хвалят враги!" Напомнить и в свою очередь спросить уних:



    - За что вас хвалят правящие круги государств, где социал-демократияи ли изгнана, или поголовно физически истреблена, а социал-демократическая деятельность преследуется, как уголовное преступление?



    - За что, за какие заслуги вам аплодируют в странах, где левое движение приравнивается к сумасшествию или гражданской проказе?



    - За что, из каких соображений вас сердечно благодарят за помощь политические самозваныц всех континентов, объявляющие себя то „народными", то „временными", то „революционными" правительствами и уже потопившими в крови всякую оппозицию на пиратски захваченных ими территориях?



    - За что, во имя чего вас громогласно приветствуют в закрытых обществах, где понятие „интеллектуал" является синонимом гражданской неполноценности и где их развозят по улицам в шутовских колпаках на потеху черни, а заем публично расстреливают на стадионах?



    Если наши оппоненты прямо и непредубежденно ответят себе на все эти вопросы, то, я уверен, убедятся, что в безответственных играх с дьяволом их завело так далеко, что о возврате им остается только мечтать.



    К сожалению, в отличие от недавних форм современный тоталитаризм опасен своим лицемерием. Он нагло рядится в гуманистические одежды, он широковещательно оперирует понятиями „свободы", „равенства", „братства". Собственные органические пороки и преступления он беззастенчиво припичывает противникам, обвиняя классическую демократию в фашизме, представительное правосудие в терроре, объективную печать в продажности. Но при сколько-нибудь внимательном рассмотрении любой непредубежденный человек сразу же разглядит под розово-красным глянцем поверхности махрово-черную сущность его содержания.



    Но еще прискорбнее в наше смутное время, в трудную годину испытания души и сердца человеческих, циничное отступничество целого сонма христианских пастырей. Лукаво подменив евангельские заветы бесовскими соблазнами легкого хлеба, доступной властью над ближними и отказом от свободного выбора, иные служители, а то и высокие иерархи западных церквей, в угоду низменным инстинктам слабой паствы пускаются в уличную демагогию, разнузданные политические спекуляции, социальный экстремизм.



    Почти шестьдесят лет назад русский народ, не устояв перед этими соблазнами, понубил в гражданской междоусобице миллионы лучших своих соотечественников, а в результате хлеба у него стало еще меньше, власти никакой, а о духовной свободе ему теперь даже страшно подумать. То же самое случилось и с теми, кто впоследствии, своей или чужой волей пошел по этому пути.



    Подобное состояние современного общества явилось следствием разрыва его природы с религиозной сущностью своего происхождения. Еще столетие назад, в „Легенде о Великом инквизиторе" гениальный Достоевский предупрежадл, что грядет время, когда „человечество провозгласит устами своей премудрости и науки, что преступления нет, а стало быть нет и греха, а есть лишь только голодные „Накорми, тогда и спрашивай с них добродетели!" - вот что напишут на знамени, которое воздвигнут против Тебя и которым разрушится храм Твой".



    Выломившийся из своей естественной религиозной гармонии и предоставшенный собственной слабости человек на наших глазах начинает тяготиться Божественным даром Свободы и инстинктивно тянется к материальной силе в поисках покровительства и защиты. Ему одиноко и страшно наедине с собой, он ищет общественного слияния с себе подобными, чтобы в этом иллюзорном монолите хоть как-то самоутвердиться и почувствовать себя в безопасности. Так зарождается психология всеобщего рабства, радиоактивно проникающая во все поры общественного организма. Рабство становится модой. У рабства появляются свои мыслители и пророки, апологеты и проводники, герои и мученики. Рабством любуются, с рабством заигрывают, перед рабством преклоняются интеллектуальные мазохисты всех цветов и оттенков. Мало того, рабство получает, наконец, идейное оформление и, уже не стыдясь своего скотоподобного облика, кичливо провозглашает: „Лучше быть красным, чем мертвым". До какого же жуткого животного падения должен дойти человек, чтобы заявить о своем рабстве с такой горзостью. Рабы древности хотя бы тяготились своего позора.



    Думается, настало время, когда каждый христианин обязан сделать выбор между греховной „теплотой" обреченности и „жаром" активного действия. Недаром сказано: „Царствие Небесное силою берется". Долг современного христианина защитить сложившийся Всевышней волей правопорядок от рабской тьмы и духовного распада. Наши
    Страница 3 из 13 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 13]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.