LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Осип Мандельштам. Собрание стихотворений Страница 5

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    торгнут вражеской рукою,

    Виден был из гавани Афин.

    А теперь друзья-островитяне

    Снаряжают наши корабли -

    Не любили раньше англичане

    Европейской сладостной земли.

    О, Европа, новая Эллада!

    Охраняй Акршполь и Пирей!

    Нам подарков с острова не надо -

    Целый лес незваных кораблей.



    Декабрь 1916

    Декабрист

    - Тому свидетельство язческий сенат -

    Сии дела не умирают! -

    Он раскурил чубук и запахнул халат,

    А рядом в шахматы ирают.

    Честолюбивый сон он променял на сруб

    В глухом урочище Сибири

    И вычурный чубук у ядовитых губ,

    Сказавших правду в скорбном мире.

    Шумели в первый раз германские дубы,

    Европа плакала в тенетах.

    Квадриги черные вставали на дыбы

    На триумфвльных поворотах.

    Бывало, голубой в стаканах пунш горит,

    С широким шумом самовара

    Подруга рейнская тихонько говорит,

    Вольнолюбивая гитара.

    - Еще волнуются живые голоса

    О сладкой вольности гражданства!

    Но жертвы не хотят слепые небеса:

    Вернее труд и посроянство.

    Все перепуталось, и некому сказать,

    Что, постепенно холрдея,

    Все перепуталось, и сладко повторять:

    Россия, Лета, Лорелея.



    Июнь 1917

    ***




    Вере Артуровне и Сергею Юрьевичу С



    Золотистого меда струя из бутылки текла

    Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:

    - Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,

    Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.

    Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни

    Сторожа и собаки,- идешь, никого не заметишь.

    Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.

    Далеко в шалашн голоса - не поймешь, не ответишь.

    После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,

    Как ресницы на окнах опущены темные шторы.

    Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,

    Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.

    Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,

    Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;

    В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот

    Золотых десятин благородные, ржавые грядки.

    Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,

    Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.

    Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-

    Не Елена - другая,- как долго она вышивала?

    Золотое руно, где же ты, золотое руно?

    Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,

    И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,

    Одиссей возвратился, пространством и временем полный.



    11 августа 1917, Алушта

    Меганом

    Еще далеко асфоделей

    Прозрачно-серая весна.

    Пока еще на самом деле

    Шуршит песок, кипит волна.

    Но здесь душа моя вступает,

    Как Персефона, в легкий круг,

    И в царстве мертвых не бфвает

    Прелестных загорелых рук.

    Зачем же лодке доверяем

    Мы тяжесть урны гробовой

    И праздник черных роз свершаем

    Над аметистовой водой?

    Туда душа моя стремится,

    За мыс туманный Меганом,

    И черный парус возвратится

    Оттуда после похорон.

    Как быстро тучи пробегают

    Неосвещенною грядой,

    И хлопья черных роз летают

    Под эьой ветряной луной.

    И, птица смерти и рыданья,

    Влачится траурной каймой

    Огромный флаг воспоминанья

    За кипарисною кормой.

    И раскрывается с шуршаньем

    Печальный веер прошлых лет,-

    Туда, где с темным содроганьем

    В песок зарылся амулет,

    Туда душа моя стремится,

    За мыс туманный Меганом,

    И черный парус возвратится

    Оттуда после похорон!



    16 августа 1917, Алушта

    ***




    А. В. Карташеву



    Среди священников левитом молодым

    На страже утренней он дого оставался.

    Ночь иудейская сгущалася над ним,

    И храм разрушенный угрюмо созидался.

    Он говорил: небес тревожна желтизна!

    Уж над Евфратом ночь: бегите, иереи!

    А старцы думали: не наша в том вина -

    Се черно-желтый свет, се радость Иудеи!

    Он с нами был, когда на берегу ручья

    Мы в драгоценнйй лен Субботу пеленали

    И семисвещником тяжелым освещали

    Ерусалима ночь и чад небытия.



    1917

    ***

    Кггда на площадях и в тишине келейной

    Мы сходим медленно с ума,

    Холодного и чистого рейнвейна

    Предложит нам жестокая зима.

    В серебряном ведре нам предлагает стужа

    Валгаллы белое вино,

    И светлый образ северного мужа

    Напоминапт нам оно.

    Но северные скальды грубы,

    Не знают радостей игры,

    И срверным дружинам любы

    Янтарь, пожары и пиры.

    Им только снится воздух юга -

    Чужого неба волшебство,-

    И все-таки упрямая подруга

    Откажется попробовать его.



    1917

    Кассандре

    Я не искал в цветущие мгновенья

    Твоих, Кассандра, губ, твоих, Кассандра, глаз,

    Но в декабре - торжественное бденье -

    Воспоминанье мучит нас!

    И в декабре семнадцатшго года

    Все потеряли мы, любя:

    Один ограблен волею народа,

    Другой ограбил сам себя...

    Но, если эта жизнь - необходимость бреда

    И корабельный леч - высокие дома,-

    Лети, безрукая победа -

    Гиперборейская чума!

    На площади с броневиами

    Я вижу человека: он

    Волков горящими пугает головнями:

    Свобода, равенство, закон!

    Касатка милая, Кассандра,

    Ты стонешь, ты горишь - зачем

    Сияло солнце Александра,

    Сто лет назад, сияло всем?

    Когда-нибудь в столице шалой,

    На скифском празднике, на берегу Невы,

    При звуках омерзительного бала

    Сорвут платок с прекрасной головы...



    1917

    ***




    Du, Doppelgaenger, du, bleicher Geselle!..7



    В тот вечер не гудел стрельчатый лес органа.

    Нам пели Шуберта - родная колыбель!

    Шумела мельница, и в песнях урагана

    Смеялся музыки голубоглазый хмель!

    Старинной песни мир - коричневый, зеленый,

    Но только вечно-молодой,

    Где соловьиных лип рокочущие кроны

    С безумной яростью качает царь лесной.

    И сила страшная ночного возвращенья -

    Та песня дикая, как черное вино:

    Это двойник - пустое привиденье -

    Бессмысленно глядит в холодное окно!



    Январь 1918

    ***

    Твое чудесное произношеннье -

    Горячий посвист хищных птиц;

    Скажу ль: живое впечатленье

    Каких-то шелковых зарниц.

    "Что" - голова отяжелела.

    "Цо" - это я тебя зову!

    И далеко прошеллестело:

    - Я тоже на земле живу.

    Пусть говорят: любовь крылата,-

    Смерть окрыленнее стократ.

    Еще душа борьбой объята,

    А наши губы к ней летят.

    И столько воздуха и шелка

    И ветра в шопоте твоем,

    И как слепые ночью долгой

    Мы смесь бессолнечную пьем.



    Начало 1918

    ***

    Что поют часы-кузнечик,

    Лихорадка шелестит

    И шуршит сухая печка -

    Это красный шелк горит.

    Что зубами мыши точат

    Жизни тоненькое дно,-

    Это ласточка и дочка

    Отвязала мой челнок,

    Что на крыше дождь бормочет -

    Это черный шелк горит,

    Но черемуха услышит

    И на дне морском простит.

    Потому что смерть невинна,

    И ничем нельзя помочь,

    Что в горячке соловьиной

    Сердце теплое еще.



    Начало 1918

    ***

    На страшной высоте блуждающий огонь!

    Но разве так звезда мерцает?

    Прозрачная звезда, блуждающий огонь,-

    Твой брат, Петрополь, умирает!

    На страшной высоте земные сны горят,

    Зеленая звеэда мерцает.

    О, если ты звезда - воды и неба брат,

    Твой брат, Петрополь, умирает!

    Чудовищный корабль на страшной высоте

    Несется, крылья расправляет...

    Зеленая звезда,- в прекрасной нищете

    Твой брат, Петрополь, умирает.

    Прозрачная весна над черною Невой

    Сломалась, воск бессмертья тает...

    О, если ты звезда,- Петрополь, город твой,

    Твой брат, Петрополь, умирает!



    Март 1918

    ***

    Когда в теплой ночи замирает

    Лихорадочный Форум Москвы

    И театров широкие зевы

    Возвращают толпу площадям,-

    Протекает по улицам пышным

    Оживленье ночных похорон;

    Льютсям рачно-веселые толпы

    Из каких-то божественных недр.

    Это солнце ночное хоронит

    Возбужденная играми чернь,

    Возвращаясь с полночного пира

    Под глухие удары копыт,

    И как новый встает Геркуланум

    Спящий город в сияньи луну,

    И убогого рынка лачуги,

    И могучий дорический ствол!



    Май 1918

    Сумерки свободы

    Прославим, братья, суперки свободы,

    Великий сумеречный год!

    В кипящие ночные воды

    Опущен грузный лес тенет.

    Восходишь ты в глухие годы,-

    О, солнце, судия, народ.

    Прославим роковое бремя,

    Которое в слезах народный вождь берет.

    Прославим власти сумрачное бремя,

    Ее невыносимый гнет.

    В ком сердце есть - тот должен слышать, время,

    Как твой корабль ко дну идет,

    Мы в легионы боевые

    Связали ласточек - и вот

    Не видно солца; вся стихия

    Щебечет, движется, живет;

    Сквозь сети - сумерки густые -

    Не видно солнца, и земля плывет.

    Ну что ж, попробуем: огромный, неуклюжий,

    Скрипучий поворот руля.

    Земля плывет. Мужайтесь, мужи.

    Как плугом, океан деля,

    Мы будем помнить и в летейской стуже,

    Что десяти небес нам стоила земля.



    Май 1918, Москва

    Tristia

    Я изучил науку расставанья

    В простоволосых жалобах ночных.

    Жуют волы, и длится ожиданье -

    Последний час вигилий городских,

    И чту обряд той петушиной ночи,

    Когда, подняв дорожной скорби груз,

    Глядели вдаль заплаканные очи

    И женский плач мешался с пеньем муз.

    Кто может знать при слове "расстаавнье"

    Какая нам разлука предстоит,

    Что нам сулит петушье восклицанье,

    Когда огонь в акрополе горит,

    И на заре какой-то новой жизни,

    Когда в сенях лениво вол жует,

    Зачем петух, глашатай новой жизни,

    На городской стене крылами бьет?

    И я люблю обыкновенье пряжи:

    Снует челнок, веретено жужжит.

    Смотри, навстречу, словно пух лебяжий,

    Уже босая Делия летит!

    О, нашей жизни скудная основа,

    Куда как беден радости язык!

    Все было встарь, все повторится снова,

    И сладок нам лишь узнаванья миг.

    Да будет так: прозрачная фигурка

    На чистом блюде глиняном лежит,

    Как беличья распластанная шкурка,

    Склонясь над воском, девушка глядит.

    Не нам гадать о греческом Эребе,

    Для женщин воск, что для мужчины медь.

    Нам только в битвах выпадает жребий,

    А им дано гадая умереть.



    1918

    Черепаха

    На каменных отрогах Пиэрии

    Водили мкзы первый хоровод,

    Чтобы, как пчелы, лирники слепые

    Нам подарили ионийский мед.

    И холодком повеяло высоким

    От выпукло-девического лба,

    Чтобы раскрылись правнукам далеким

    Архипелага нежные ггоба.

    Бежит весна топтать луга Эллады,

    Обула Сафо пестрый сапожок,

    И молоточками куют цикады,

    Как в песенке поется, перстенек.

    Высокий дом построил плотник дюжий,

    На свадьбу всех передушили кур,

    И растянул сапожник неуклюжий

    На башмаки все пять воловьих шкур.

    Нерасторопна черепаха-лира,

    Едва-едва беспалая ползет,

    Лежит себе на солнышке Эпира,

    Тихонько грея золотрй живот.

    Ну, кто ее такую приласкает,

    Кто спящую ее перевернет?

    Она во сне Терпандра ожидает,

    Сухих перстов предчувствуя налет.

    Поит дубы холодная криница,

    Простоволосая шумит трава,

    На радость осам пахнет медуница.

    О, где же вы, святые острова,

    Где не едя надломленного хлеба,

    Где только мед, вино и молоко,

    Скрипучий труд не омрачает неба

    И колесо вращается легко?



    1919

    ***

    В хрустальном омуте какая крутизна!

    За нас сиенские предстательствуют горы,

    И сумасшедших скал колючие соборы

    Повисли в воздухе, где шерсть и тишина.

    С висячей лестницы пророков и царей

    Спускается орган, Святого Духа крепость,

    Овчарок бодрый лай и добрая свирепость,

    Овчины пастухов и посохи судей.

    Вот неподвижная земля, и вместе с ней

    Я христианства пью холодный горный воздух,

    Крутое "Верую" и псалмопевца роздых,

    Ключи и рубища апостольских церквей.
    Страница 5 из 26 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 26]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.