LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

МЕЛЬНИКОВ-ПЕЧЕРСКИЙ Павел Иванович НА ГОРАХ Страница 20

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    ца - снаряд для ловли раков - сетчатый кошель на обруче. Ботало - шест с дощечкой или деревянным стаканом на конце; этим орудием "ботают" воду, то есть бьют обо дно и мутят ее для загона рыбы или раков в сети или в рашню.) . Тоже на всякий случай ловцы их припасли.

    Слова два молвил ловцам Самоквасов, и они, молодецки прыгнув в легкий ботник ( Ботник - легкая маленькая рыбачья лодка, не больше как на трех человек.) , стрелой полетели на стрежень.

    За ними в угон понеслась и косная. Став на середине реки, один ловец захватил конец хребтины, и, меж тем как товарищ его, спускаясь вниз по реке возле опущенной снасти, веслом работал потихоньку, он вытягивал ее понемногу в ботник, а третий ловец снимал с крюков стерлядей, когда они попадались. Косная следила за ними. Равнодушно глядел на стерляжью ловлю Марко Данилыч,- ему, владельцу обширных рыбных ватаг на волжском низовье, здешняя ловля казалась делом пустяшным. "Вот если бы пуда в тпи осетра вытянули,- он говорил,- либо белугу, тогда бы дело иное, а это что? Плевое дрло, одно баловство". Зато с веселым вниманьем следили за хребтиной девицы, не видавшие никогда рыбной ловитвы. Каждый раз, когда ловец снимал задетую за бок стерлядку, громко они с радости вскрикивали, брали рыбину в руки, любуясь ею, пока не попадал крюк с новой стерлядкой. Не одну снатсь вытащили, а каждая ста н четыре крючка была, но поймали только штук двадцать пять небольших стерлядей, три были покрупнее, а в одной отт глаза до пера аршин с вершком, мерная (Мерными на средней Волге зовут стерлядей в аршин иб олее; от трех четвертей до аршина зовется полумерною.), значит. Улов не богатый, зато все довольны, а больше всего были довольны ловцы, взявши за снасти чуть не вчетверо больше, чем бы выручили они от продажи рыбы на Мытном дворе (Так называется рынок.).

    К берегу пристали, на коврах уселись; Татьяна Андревна стала хозяйничать вкруг самовара; Марко Данилыч с Зиновьем Алексеичем за стакаеами лянсина продолжали спор о векселях; Дуня немножко разговорилась с Самоквасовым, Дмитрий Петрович осмелел перед резвой, веселой Наташей. Одна Лизавета Зиновьевна, задумавшись, молча сидела возле матери, дела жениховы с ума у нее не сходили. Молчала Татьяна Андревна, изредка глубоко вздыхая; те ж невеселые думы бродили на мыслях у ней. А нрбо меж тем тускней становилось, солнце зашло, и вдали над желто-серым туманом ярманочной пыли широко раскинулись алые и малиново-золотистые полосы вечерней зари, а речной плес весь подернулся широкими лентами, синими, голубыми, лиловыми. Вдали край небосклона засверкал тысячами иски; это зажглись огни в фонарях, это огни заблистали в неисчетных зданиях ярманки.

    - Неводком не будет ли в угоду вашей милости белячка половить?- снимая картуз и нагибаясь перед Самоквасовым, спросил старший ловец. По всем его речвм и по всем приемам видно было, что он из бывалых, обхождению в трактирах обучился.

    - Закидывай,- ответил ему Петр Степаныч и, не внимая ворчаньям Смолокурова, сам принялся хлопотать вкруг невода вместе с ловцами.

    Проворно подвели к беегу новую лодку, уложили в нее двухсотсаженный невод, и возле ковра, где распивали чаи Смолокуровы с Дорониными, в землю пяткой кол (Пятным колом (от пята) называется кол, к чему привязывается конец невода, с которого начинают его закидывать.) вколотили. Прикрепив к нему мертвый кодол, тих, весласи чуть касаясь воды, полегоньку поплыли ловцы поперек реки, выметывая из лодки пятное крыло невода. Доплыв до стрежня, поворотили они вдоль по теченью, выкинули мотню и, продолжая выметывать ходовое крыло, поворотили к берегу, причалили и на руках вынесли ходовой кодол (Пятное крыло - та половина невода, с которой начинается его выкидка в воду, затем следует мотня - середка невода; это кошель из самой частой и крепкой дели (сети), в которой при вытаскивании невода остается налшвленная рыба. Крыло невода по другую сторону мотни называется ходовым. Кодол - веревка, на которую навязан невод; один конец ее, привязываемый к колу, называется мертвым, или глухим, противоположный - ходовым.) .

    - Малерько бы погодить вытаскивать-то, ваше степенство,- молвил ловец Самоквасову.- Тем временем порачить не желаете ли?

    - Валяй,- сказал Петр Степаныч, и ловцы принялись за раков.

    Босиком, штаны засучив выше колена, бойко ловцы похватавши рашни и боталы, бросились с ними на покрытую водою отмель. Одни воду толкут и мутят ее, загоняя раков, другие рашни расставляют. Набежали мальчишки, сами охотой полезли в реку и безо всяких снарядив принялись руками раков таскать из нор, нарытых в берегу под водою. Вынул ловец первую рашню - тихо возилось там десятка полтора крупных и мелких раков.

    - Вот они! - молвил ловец, опрастывая рашню у ног Самоквасова, и потом, взявши за ус самого крупного рака, приподняб его кверху и молвил: - Вот так мастеровой, скоро его не признаешь: по ножницам швец, по щетине чеботарь (Ножницы - клешни, щетина - усы.). Два рога да не бык, шесть ног да без копыт!

    Через четверть часа не одна уже сотня раков была наловлена.

    - Будет,- молвил ловцам Самоквасо.- Тащите-ка невод теперь, молодцы. Посмотрим, чем бог благословил наду ловлю.

    Уговаривают ловцы повременить, чтоб бели набралось побольше, но уж темно становилось, и Самоквасов велел им тотчас за невод приняться.

    Схватив концы кодолов, ловцы потянули на берег невод. Минут через десять мотня подошла; ее вытянули да песок: там трепетало с десяток красноперых окуней, небольшой с бледно-розовым брюшком лещ, две юркие щуки, четыре налима, десятка два ершей да штук пятьдесят серебристой плотвы. Улов незавидный. Кроме того, были в мотне пара раков да одна лягушка...

    - Говорил, что надо подождать,- почесывая затылок, будто с обиженным видом молвил старшой из ловецкой артели.- Что это за тоня! Разве такие бывают! Только званье одно...

    - Ничего, всей рыбы в Оке не выловишь. С нас и этой довольно,- молвил Петр Степаныч.- А вот что, молодцы. Про вас, поо здешних ловцов, по всему нашему царству идет слава, что супротив вас ухи инкому не сварить. Состряпайте-ка нам получше ушицу. Лучку, перчику мы с собой захватили, взяли было мы и кастрюли, да мне сказывали, что из вашего котелка уха в тысячу раз вкуснее выходит. Так уж вы постарайтесь! Всю мелкоту вали на привар. Жаль, что ершей-то больно немного поймали.

    - Ничего, ваше степенство, плотвой, окунями добавим, да вот еще у нас два налима. Навар будет знатный - за первый сорт,- ответил ловец.- А щука да лещ в уху не годят (То есть не годятся.) ,- прибавил он.

    - Щук дарю, кушай их на здоровье, а леща мы зажарим,- молвил Петр Степаныч.- А как ты думаешь?.. Для навару-то раков в котелок не пустить ли?

    - Зачем поганить уху? - крикнул с ковра Марко Данилыч.- Рак ведь погань, водяной сверчок, христианам есть его не показано. Вы бы уж и лягушу-то тоже в уху положили!

    - Все раков едят,- молвил Петр Степаныч.

    - Мало ль чего! Татары и кобылятину жрут, господа зайцев едят да похваливают. Вотяки с чувмшами и житничками (Житнички - хлебные мыши, что водятся в житницах. ) не брезгают. Тае им закон не писан, а мы люди крещеные, от мерзости нам вкушать не подобает. Нет уж, Петр Степаныч, пожалуйста, не паскудь ухи.

    - Да оно и не годит раков-то класть,- молвил ловец,- не будет от них никакого навару.

    - Ну, так ладно,- сказал Самоквасов.- Живей, ребята, берись за стряпню.

    Ловцы проворно вычистили бель и подвесили котелок над маленьким, нарочно для стряпни разведенным костром. Всю бела свалили в котелок и потом принялись стерлядей потрошить.

    - Дмитрий Петрович, вам досталось на нынешниы день быть в кашеварах. Давайте-ка жарить леща,- сказал Веденееву Петр Степаныч, и оба тотчас принялись за работу.

    - А хорошо ведь на вольном-то воздухе в таку пору середь друзей-приятелей доброй ушицы похлебать,- молвил Зиновий Алексеич, обращаясь к Марку Данилычу.

    - Ничего, дело не плохое,- отвечал Смолокуров.- Тут главное дело - охота. Закажи ты в любой госоинице стерляжью уху хоть в сорок рублев, ни приятности, ни вкуса такого не будет. Главное дело охота... Вот бы теперь, мы сидим здесь на бережку,- продолжал благодушествовать Смолокуров,- сидим в своей компании, и семейства наши при нас - тихо, приятно всем... Чего же еще?

    И, маленько помолчав, наклонился к Зиновию Алексеичу и тихо промолвил:

    - А ты приходи-ка завтра пораньше ко мне, а не то я к тебе зайду. С тюленем бы надо покончить. Время тянуть нечего.

    - Ладно, приду,- так же тихо ответил Доронин.- А сегодня я с нарочным письмо послал к Меркулову, обо всем ему подробно отписал. На пароход посадил с тем письмом молодца. В две недели обернется. Завтра потолкуем, а делу конец, когда ответ получу. Лучше как хозяйско согласье в руках - спокойнее...

    - Напрасно,- насупившись, прошептал Смолокуров.- Как ему, сидя в Царицыне, знать здешни дела макарьевски? Смоотри, друг, не завалялось бы у нас... Теперь-то согласен, а через два либо через три дня, ежели кская линия подойдет, может статься и откажусь... Дело коммерческое. Сам не хуже меня разумеешь.

    - Конечно, это доподлинно так! Супрьтив этого сказать нечего,- вполголоса отозвался Доронин.- Только ведь сам ты знаешь, что в рыбном деле я на синь-порох ничего не разумею. По хлебной части дело пдойди, маху не дам и советоваться не стану ни с кем, своим рассудком оборудую, потому что хлебный торг знаю вдоль и поперек. А по незнаемому делу как зря поступить? Без хозяйского то есть приказу?.. Сам посуди. Чужой ведь он человек-от. Значит, ежели что не так, в ответе перед ним будешь.

    - Да ведь у тебя доверенность?- с досадой тихонько молвил Марко Данилыч и, нахмурясь, засверкал глазами.

    - Что ж из того, что доверенность при мне,- сказал Зиновий Алексеич.- Дать-то он мне ее дал, и по той доверенности мог бы я с тобой хоть сейчас по рукам, да боюсь, после бы от Меркулова не было нареканья... Сам понимаешь, что дело мое в этом разе самое опасное. Ну ежели продешевлю, каково мне тогда будет на Меркулова-то глаза поднять?.. Пойми это, Марко Данилыч. Будь он мне свой человек, тогда бы еще туда-сюда; свои, мол, люди, сочтемся, а ведь он чужой человек.

    - Ой ли? - лукаво усмехнувшись, громко сказал Марко Данилыч.- Так-таки совсем и чужой? - прибавил он, ударив по плечу приятеля.

    -Разумеется, чужой,- немножко смутившись, ответил Зиновий Алексеич.- Причитается племянником, сродником зовется, да какая ж в самом-то деле родня? Седьмая водина на квасине, на одном солнышке онучки сушили.

    - Ладно, ладно,- с лукавой усмешкой трепля по плечу Зиновья Алексеича,_сказал Марко Данилыч.- Так совсем чужой?

    Доронин не сразу ответил, а Татьяна Андревна даже совсем обомлела. Уставив на Смолокурова зоркий, пристальный взор, она думала: "Неужто спроведал? От кого же это?.. Неужели Никитушка кому проболтался?" А Лизавета Зиновьевна, хоть солнце и село, а распустила зонтик и закрыла им смущенное лицо.

    - Сказано тебе, какая родня,- сказал Зиновий Алексеич пристававшему Марку Данилычу.- Такой родни до Москвы не перевешаешь. А что человек он хороший, то верно, зато и люблю его и, сколько смогу, ему порадею.

    - Не хитри, дружище!- молвил Смолокуров, погрозив пальцем.

    - Чего хитрить-то мне? Для чего? - сказал Зиновий Алексеич.- Да и ты чудной, право, повел речь про дела, а свел на родство. Решительно тебе сказываю, дольше двух недель прямого ответа тебе не дам. Хочешь жди, хочешь не жди, как знаешь, а на меня, наперед тебе говорю, не погневайся.

    - Да ты не ори,- шепотом молвил Марко Данилыч, озираясь на Веденеева.- Что зря-то кричать? А скажи-ка мне лучше, из рыбников с кем не покалякал ли? Не наплели ли они тебе чего? Та ты, друг любезный, не всякого слушай. Из нашего брата тоже много таковых, что ему сказать да не соврать - как-то бы и зазорно. И таких немалое число, и в каждом деле, какое ни доведись, любят они помутить. Ты с ними, пожалуйста, не растабарывай. Поверь мне, онр же после над тобой будут смеяться.

    Так говори едва слышно Марко Данилыч, а Доронин слушал его и молчал. И тут вспало ему в голову: "С чего это он так торопится и ни с кем про тюленя говорить не велит? Уж нет ли тут какого подвоха?"

    - Так смотри же ты у меня, Зиновей Алексеич, прималчивай покамест,- после недолгого молчанья стал опять ему шептать Марко Данилыч.- Две недели куда ни шли, можно обождать. Только уж, сделай милость, ни с кем про это дело и языка не распускай. Вот тебе перед богом, все дело перепортишь и мне и Меркулову. Поверь слову. И этому не моги говорить,- прибавил он, указывая глазами на отвернувшегося в сторону Веденеева.- Ты его не знаешь, а мы давно ведаем - птичка мала, да ноготок востер... А в голове-то ветер еще ходит. В деле недавно, а каких уж делов успел натворить. Пуще всего его берегись, его словам из наших рыбников никто не верит. Как узнал про какое дело, тотчас норовит помутить его, а не то и расстроить.

    - Что жн мне с ним гоорить? С какой стати? - ответил Зиновий Алексеич.

    - Уха сейчас готова!- крикнул Самоквасов.- Дмитрий Петрович, вы ведь у нас за кашевара, готовьте чашки да ложки скорее.

    Веденеев на особом в сторонке разостланноп коврике проворно расставил привезенную из города закуску: графинчики с разными водками, стерляжьей икры жестянку, балык донской, провесную елабужскую белорыбицу, отварные в уксусе грибы, вчтские рыжички, керженские груздочки.

    - Эк что наставили,- покачивая головой, сказал Дмитрию Петровичу Смолокуров.- Да этого, сударь, десятерым не съесть. Напрасно, право напрасно так исхарчились. Знал бы, ни за что бы в свете не поехал с вами кататься.

    Однако подошел к закуске и, налив четыре рюмки, взял одну, другую подал Зиновью Алексеичу, примолвив:

    - Хватим по одной, разогреемся, свеженько от воды-то стало!.. А вы, Дмитрий Петрович, вы, сударь Петр Степаныч. Без вас и пить не станем, принимайтесь за рюмочки.

    Выпили хорошо, закусили того лучше. Потом расселись в кружок на большом ковре. Сняв с козлов висевший над огнем котелок, ловец поставил его возле. Татьяна Андревна разлила уху по тарелкам. Уха была на вид не казиста; сварив бель, ловец не процедил нвара, оттого и вышла мутна, зато так вкусна, что даже Марко Данилыч, все время с усмешкой пренебреженья глядевший на убогую ловлю, причмокнул от удовольствия и молвил:

    - Уха знатная-то!

    - Бесподобная,- подтвердил Зиновий Алексеич, а Татьяна Андревна, радушно обращаясь к кашеварам, сказала, что отроду такой чудесной ухи не едала.

    После ухи появились на ковре бутылки с разными винами и блюдо с толстыми звеньями заливной осетрины. Рыба прекрасная, заготовка еще лучше, по всему видно, что от Никиты Егорова.

    - Осетрина первый сорт, редкостная,- похвалил ее Смолокуров,- а есть ее, пожалуй, грешно.

    - Отчего ж это, Марко Данилыч? - спросил Веденеев.

    - А водяных-то сверчков на кой прах вокруг напихали? - сказал Смолокуров, указывая на раковые шейки, что с драгими приправами разложены были вкруг сочных звеньев осетрины.

    - Откинь, коль не в угоду,- молвил Зиновий Алексеич,- а рыба сготовлена так, что ни у тебя, ни у меня так вовек не состряпают.

    Марко Данилыч в раздумье только головой покачал, но осетрина так лакомо глядела на него, что не мог он стерпеть, навалил себе тарелку доверха.

    Ужин, как водится, кончился "холодненьким", нельзя уж без тоно. Две белоголовые бутылки опорожнили.

    Малиновые переливы вечерней зари, сливаясь с ясным темно-синим небосклоном, с каждой минутой темнели. Ярко сверкают в высоте поднебесной звезды, и дрожат они на плесу, отражаясь в тихой воде; почернел нагорный берег, стеной поднимаясь над водою; ярчей разгорелись костры коноводов и пламенные столбы из труб стального завода, а вдали виднеется ярманка, вся залитая огнями. То и дело над нею вспыхивает то белое, то алое, то зеленое зарево потешных огней, что жгут на лугах, где гулянья устроены.

    - Пора и по домам,- с места поднявшись, сказала Татьяна Андревна.- Ишь до коей поры загостились.

    И, помолясь на восток, стала она потеплей одеваться и укутывать дочерей своих и Дуню.

    - Пора, пора,- подтвердили и Марко Данилыч и Зиновий Алексеич. Заторопились отъездом.

    Щедро награжденные молодыми людьми ловцы и деревенские ребятишки громкими криками провожали уезжавших, прося их жаловать почаще, и, только что двинулась по реке косная, стали высоко метать горящие головни, оглашая вечернюю тишь громким радостным криком.

    А певцы на косной дружно грянули громкую песню и далеко она разнеслась по сонной реке.



    * * *



    Полночь была недалеко, когда воротились с катанья. Все остались довольны, но каждый свою думу привез, у всякого своя забота была на душе.

    Доронин был встревожен неуместными приставаньями Марка Данилыча. "Что это ему на разум пришло? И для чего он так громко заговорил про это родство, а про дело вел речь шепотком? Не такой он человек, чтобы зря что-нибудь сделать, попусту слова он не вымолвит. Значит, к чему-нибудь да повел же он такие речи". И долго, чуть не до самого свету, советовался он с Татьяной Андревной, рассказав ей, что говорил ему Марко Данилыч. Придумать оба не могли, что бы это значило, и не давали веры тому, что сказано было про Веденеева. Обоим Дорониным Дмитрий Петрович очень понравился. Татьяна Андревна находила в нем много сходства с милым, любезным Никитушкой.

    Пала кручина на сердце Лизаветы Зиновьевны, не добро подумала она о Марке Данилыче. Насмехаться ли хочет, аль беду какую готовит Никитушке? Невзлюбила его, первого человека в жизни своей она невзлюбила.

    Оставшись вдвоем с сестрой, стала она раздеваться. Наташа все у столика сидела, облокотясь на него и положа на ладонь горевшую щеку.

    - Что сидишь, не раздеваешься? - спросила у ней Лиза.- Поздно уж, спать пора.

    Не вдруг ответила Наташа. Подумав немного, быстро подняла она головку и, поглядев на сестру загоревшимися небывалым дотоле блеском очами, сказала:

    - А ведь он славный!

    - Кто? - спросила Лиза.

    - Да он.-

    - Кто он?

    - Дмитрий Петнович! Взглянула Лиза на сестру и улыббнулась.

    - Такой приоженький, такой хорошенький, веселый такой! - продолжала Наташа.

    - А ты раздевайся-ка с богом да ложись спатб,- сказала, улыбаясь, Лиза. Пришла и Наташе пора.

    Марко Данилыч, с Дуней простясь, долго сидел нпд бумагами, проклиная в душе Зиновья Алексеича. Шутка сказать, тюлень из рук выскользал, на плохой конец сорок тысяч убытку. Хоть не то, что убыток, а разве не все едино, что почти держать в руках такие деньги, а в карман их не положить. Это ведь что в сказках говоритсся: "По усу текло, а в рот не попало". Как же не досадовать, как не проклинтаь друга-приятеля, что пошел было на удочку, да вильнул хвостом. Долго думал, долго на счетах выкладывал, накноец, ровно чем озаренный, быстро с места вскочил, прошелся раз десяток вхад и вперед по комнате и сел письмо писать.

    Писал он к знакомомк царицынскому купцу Володерову, писал, что скоро мимо Царицына из Астрахани пойдет его барза с тюленем,- такой баржи вовсе у него и не бывало,- то и просил остановить ее: дальше вверх не пускать, потому-де, что от провоза до Макарья будут одни лишь напрасные издержки. Тюлень, писал он, в цене с каждым днем падает, ежели кому и за рубль с гривной придется продать, так должен это за большое счастье сочесть. И много такого писал, зная, что знакомый его непременно расскажет о том Меркулову, и полагая, что в Царицыно нет никакого Веденеева, никто из Питера коммерческих писем не получает. Тот расчет был у Марка Данилыча, что как скоро Меркулов узнает про неслыханный упадок ецн, тотчас отпишет Доронину, продавал бы его за какую ни дадут цену.

    Написал, запечатал чтобы завтра поутру послать с письмом нарочного в Царицын. Придет суткамт позже доронинского письма. Авось дело обладится.

    И успокоилась душа у Марка Данилыча; радостный, благодушный пошел он себе на спокой. Проходя мимо Дуниной горницы, тихонько отворил дверь поглядеть на свою ненаглядную. Видит: стоит на молитве.

    "Молись, голубушка! И меня помяни во святых молитвах твоих. Ты ведь еще анегл непорочный. От тебя молитва до бога доходна... Молись,
    Страница 20 из 61 Следующая страница



    [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 ] [ 30 - 40] [ 40 - 50] [ 50 - 60] [ 60 - 61]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.