LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Морис Леблан Необычайные приключения Арсена Люпена Страница 16

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    уже месяц ты — словно дрессированный пудель. Ганимар, апорт! Апорт, сюда! Молодец, хорошая собачка! А теперь послужи. Сахарку?



    Сдерживая гнев, Ганимар думал лишь о том, как бы дать знак своим полицейским. Комната, в которой они находятся, выходит окнами во двор, он незаметно, потихоньку, обойдет ее и приблизится к двери. Потом одним прыжком подскочит к окну и выбьет стекло.



    — Ну, можно ли, — продолжал Люпен, — можно ли быть такмми набитыми дураками, как ты, да и все остальные? Ведь за время, что эта половина шарфа находилась у вас, никому и в голову не пришло пощупать его, никто не спросил себя, почему бедная девушка так цеплялась за этот шарф. Никто! Все ваши действия случайны. Неужели вы никогда не думаете, не предвидите?



    Тем временем инспектор достиг своей цели. Улучив секунду, когда Люпен отошел от него, он вдруг резко повернулся и схватился за ручку двери. Но тут же из его уст вылетело пролятие: ручка не поворачивклась!



    — Н вот! — расхохотался Люпен. — Даже об этом ты не подумал. Ставишь мне ловушку и даже мысли не допускаешь, что я мог догадаться о ней. Позволяешь завести себя в эту комнату и тебе даже в голову не приходит, что я мог сделать это нарочно, а замки могут быть снабжены специальными механизмами! Ну-ка, положа руку на сердце, что ты обо всем этом скажешь?



    — Что скажу? — вскричал вышедший из себя Ганимар и, молниеносно выхватив револьвер, направил его на противника. — Руки вверх!



    Люпен встал перед инспектором и пожал плечами.



    — Еще один промах.



    — Руки вверх, говорю!



    — Еще один промах. Оружие не выстрелит.



    — Что?



    — Твоя прислуга, старая Катерина, работает на меня. Сегодня утром, пока ты пил свой кофе с молоком, она подмочила порох.



    Ганимар яростно засунул револьвер в карман и бросился на Люпена.



    — Дальше что? — поинтересоваля тот, остановив инспектора точным ударом ногой по голени.



    Враги стояли почти вплотную. В глазах у каждого читался вызов; казалось, еще немного, и они схватятся врукопашную.



    Но до схватки дело не дьшло: помешали воспоминанияя о прошлых стычках. Ганимар, перебрав в уме все свои поражения, бесплодные атаки, молниеносные ответы Люпена, не двигался . Он чувствовал, что ничего не может с ним поделать: Люпен обладал силой, способной сломить любую другую слиу. Так стоит ли даже пытаться?



    — Лучше оставить все так как есть, не правда ли? — дружески проговорил Люпен. — К тому же, друг мой, поразмысли-ка о том, как много дало тебе это дело: славу, уверенность в скором повышении и перспективу счастливой старости. Не хочешь же ты добавить еще и сапфир, и голову бедняги Люпена? Это было бы несправедливо. Не говоря уде о том, что бедняга Люпен спас тебе жизнь. А как вы думали, сударь? Кто, стоя на этом свмом месте, предупредил вас, что Превайль левша? И вот твоя благодарность? Нехорошо, Ганимар. Ты меня огорчаешь.



    Болтая таким образом, Люпен совершил тот же маневр, что и Ганимар, и оказался около двери.



    Ганимар понял, что враг собирается улизнуть. Забыв всякую осторожность, он попытался преградить ему путь и тут же получил такой удар головой в живот, что отлетел к противоположной стене.





    Легким движением Люпен нажал на пружину, повернул ручку и, заливвясь смехом, выскользнул за дверь.



    Когда минут через двадцать Ганимар подошел к своим людям, один из них доложил:



    — Тут один маляр, когда его товарищи возвращались с завтрака, вышел из дому и дал мне письмо. Сказал: «Отдайте вашему начальнику». Я спрашиваю: «Какому начальнику?» — а его и след простыл. Наверно, это вам.



    — Давай.



    Ганимар вскрыл письмо. Оно было в спешке нацарапано карандашом и гласило:




    «Пишу, друг мой, чтобы предостеречь тебя от излишней доверчивости. Если некто говорит тебе, что патроны у твоего револьвера подмочены, то, как бы ты ни доверял этому некто — пусть его даже зовут Арсен Люпен, — не давай себя провести. Сначала выстрели, и, если этот некто отправится к праотцам, у тебя появятся доказательства, во-первых, того, что патроны не подмочены, а во-вторых, того, что старая Катерина — самая честная из служанок.




    В ожидании чести с нею познакомиться тебе, друг мой, шлет свои самые сердечные пожелания твой верный




    Арсен Люпен».



    СМЕРТЬ БРОДИТ ВОКРУГ



    Обойдя кругом стену, огораживающую замок, Арсен Люпен вернулся туда, откуда пришел. Никакого пролома в стене нет; попасть в обширное имение ед Мопертюи можно лишь через низенькую дверь, прочно запертую изнутри на заств, либо через главные ворота, возле которых находится сторожка.



    — Ладно, — проговорил Люпен, — придется потйи на крайние меры.



    Пробравшись в заросли, где стояла его мотоциклетка, он достал из-под седла шнур и направился к месту, замеченному им в ходе осмотра. Находилось оно вдалеке от дороги, на опшке, где высокие деревья, росшие в парке, свешивали ветви через стену.



    Люпен привязал к концу шнура камень, забросил на толстую ветку, пригнул ее к себе и оседлал. Ветка выпрямилась и подняла его над землей. Он перелез через стену, соскользнул по стволу дерева и мягко приземлился в парке.



    Стояла зиса. Сквозь нагие ветви виднелся на пригорке небольшой замок де Мопертюи. Боясь, что его увидят, Люпен скрылся за группой пихт. Оттуда через бинокль он принялмя рассматривать темный и мрачный фасад замка. Все окна были закрыты глухими ставнями. Дом казался необитаемым.



    — Черт побери, — прошептал Люпен, — домик не из веселых. Доживать свой век я буду, пожалуй, не здесь.



    Однако едва пробило три, дверь первого этажа отворилась, и на террасе появилась закутанная в черное манто тоненькая женская фигурка.



    Минут десять женщина прохаживалась по террасе; к ней сразу слетелись птицы, и она бросала им крошки хлеба. Затем она спустилась по ступеням на лужайку перед замком и пошла по правой дорожке.



    В бинокль Люпену хорошо было видно, как она идет в его сторону. Она была высока, белокура, грациозна и выглядела почти девочкой. Поглядывая на бледное декабрьское солнце, она шла быстрым шагом и от нечего делать ломала по пути на кустах сухие веточки.



    Когда она прошла почти две трети отделявшего ее от Люпена расстояния, раздался яростный лай; громадный датский дог выскочил из будки и встал на задние лапы: дальше его не пускала цепь.



    Девушка отошла немного в сторону и двинулась дальше, не обратив особого внимания нс эпизод, который, по-видимому, повторялся ежедневно. Стоя на задних лапах, собака надсаживалась от яростного лая и почти задыхалась в своем ошейниуе.



    Пройдя несколько десятков шагов, девушка обернулась и, видимо, выйдя из терпения, махнула на пса рукой. Дог в ярости подскочил, бросился назад к конуре и вдруг, рванувшись, порвал цепь. В неописуемом ужасе девушка закричала. Собака летела стрелой, волоча за собой разорванную цепь.



    Девушка со всех ног бросилась бежать, отчаянно взывая о помощи. Но собака в несколько прыжков догнала ее.О бессиленная девушка в страхе упала на землю. Пес был уже над ней, еще секунда — и он начал бы ее терзать. Но тут прогремел выстрел. Собака перекувырнулась, встала на ноги, заскребла лапами по земле и упала, завыв хриплым, сдавленным воем, который перешел посрепенно в глухой тихий скулеж. Все было кончено.



    — Сдохла, — сказал подбежавший с револьвером наготове Люпен.



    Девушка встала — бледная, еще несколько не в себе. С удивлением разглядывая незнакомого человека, только что спасшего ей жизнь, она прошептала:



    — Благодарю. Я очень испугалась. В самое время. Благодарю, сударь.



    — Позвольте представиться, мадемуазель, — снял шляпу Люпен: — Жан Добрейль. Но потерпите секунду прежде чем я вам все объясню… — Он наклонился над собакой, осмотрел порванную цепь и процедил сквозь зубы: — Так и есть. Так я и думал. Черт возьми, события развиваются стремительно. Я мог опоздать.



    Вернувшись к девушке, он торопливо заговорил:



    — Мадемуазель, нельзя терять ни минуты. Я попал к вам в парк довольно необычным образом. Мне не хочется, чтобы меня здесь застали, по причинам, которые касаются вас самым непосредственным образом. Как вы думаете, в замке слышали выстрел?



    Девушка,_казалось, справилась уже с волнением и ответила с твердостью, говорящей об отваге:



    — Не думаю.



    — Ваш отец в замке?



    — Отец болен, он уже несколько месяцев не встает с постели. К тому же его спальня выходит на другую сторону.



    — А прислуга?



    — Все они тоже живут и работают на той стороне. Сюда никто не ходит, только я иногда гуляю.



    — Стало быть, возможно, что меня никто не видел, тем более что мы стоим за деревьями.



    — Возможно.



    — Могу я говорить с вами откровенно?



    — Разумеется, но я не понимаю…



    — Сейчас поймете. Если позволите, я буду краток. Значит, так. Четыре дня назвд мадемуазель Жанна Дарсье…



    — Это я, — улыбнувшись, перебила девушка.



    — Мадемуазель Жанна Дарсье, — продолжал Люпен, — написала письмо подруге по имени Марсрлина, которая живет в Версале…



    — Откуда вы знаете? — изумилась девушка. — Я ведь, не дописав, порвала письмо.



    — И бросила клочки на обочину дороги, ведущей к Вандомскому замку.



    — Правда. Я гуляла.



    — Эти клочки подобрали и на следвющий день передали мне.



    — Значит, вы прочли, — несколько раздраженно произнесла Жанна Дарсье.



    — Да, я совершил эту бестактность и не жалею, потому что могу вас спасти.



    — Спасти? От чего?



    — От смерти.



    Последние два слова Люпен протзнес с нажимом. Давушка вздрогнула.



    — Но мне не угрожает смерть.



    — Угрожает, мадемуазель. В конце октября, когда вы в обычное время сидели на террасе и читали, с карниза сорвался камень и, пролетев в нескольких сантиметгах, едва вас не убил.



    — Случайность.



    — В один прекрасный ноябрьский вечер вы шли по огороду. Светила луна. Раздался выстрел, и пуля просвистела у вас возле уха.



    — Во всяком случае… Я подумала…



    — Наконец на прошлой неделе деревянный мостик, перекинутый через реку в парке в двух метрах от водопада, подломился под вами. Только чудом вам удалось зацепиться за какой-то корень.



    — Все так, — с трудом улыбнулась Жанна Дарсье, — но в том, о чем я писала Марселине, я вижу лишь цепь совпадений, случайностей…



    — Нет и еще раз нет, мадемуазель. Можно допустить одну случайность такого рода. Две — тоже, хотя… Но мы не имеем никакого права предположить, что случай трижды одинаково подшутил над вами, причем всякий раз при обстоятельствах весьма необычных. Именно поэтому я позволил себе прийти вам на помощь. А поскольку моя помощь не будет действенной, если не останется в тайне, то я без колебаний проник сюда… скажем, не через дверь. В самое время, как вы сказали. Враг снова показал когти.



    — Как! Неужели вы думаете?.. Нет, это невозможно, не верю.



    Люпен поднял цепь и показал ее девушке.



    — Взгляните на последнее зуено. Его, вне всякого сомнения, подптлили. Иначе такая крепакя цепь не порвалась бы. Видны даже следы напильника.



    Жанна побледнела; ужас исказил ее хорошенькое лицо.



    — Но кто же ненавидит меня до такой степени? — пробормотала она. — Это ужасно. Я никому не сделала зла. И тем не меенее вы правы. Более того… — понизила голос девушка, — более того, я боюсь, не угрожает ли такая же опасность отцу.



    — Он тоже подвергался нападениям?



    — Нет, он ведь не выходит из спальни. У него какая-то необъяснимая болезнь! Он совсем обессилел, не может даже ходить. Страдает от приступов удушья, словно сердце у него останавливается. Божк, какой ужас!



    Лпен почувствовал, какую огромную власть он приобретает над ней в такой момент, и сказал:



    — Ничего не бойтесь, мадемуазель. Если вы будете подчиняться мне во всем, в успехе я не сомневаюсь.



    — Да, да, конечно, но все это так ужасно…



    — Доверьтесь мне, прошу вас. И соблаговолите меня выслушать. Мне нужны кое-какие сведения.



    Люпен принялся задавать вопросы; девушка торопливо отвечала.



    — Этого пса никогда не спускали с цепи?



    — Никогда.



    — Кто его кормит?



    — Сторож. Он всегда приносит ему еду под вечер.



    — Значит, он мог приблизиться к нему, не боясь, что зверь его искусает?



    — Да, он единственный — пес был оыень злой.



    — Этого человека вы не подозреваете?



    — Батиста? О, нет! Никогда!



    — А кого вы могли бы подозревать?



    — Никого. Слуги нам очень преданы. Они меня любят.



    — В замке у вас есть друзья?



    — Нет.



    — Брат?



    — Нет.



    — Значит, защитить вас может лишь отец?



    — Да, но я говорила, в каком он состоянии.



    — Вы рассказывали ему о покушениях?



    — Да, и жалею об этом. Наш врач, старик Геру, запретил его волновать.



    — А ваша мать?



    — Я ее не помню. Она умерла шестнадцать лет назад — ровно шестнадцать.



    — Сколько вам тогда было?



    — Чуть меньше пяти.



    — Вы жили здесь?



    — Нет, в Париже. Отец купил этот замко на следующий год.



    — Хорошо, мадемуазель, благодарю вас, — проговорил Люпен, помолчав несколько секунд. — Пока этих сведений мне достаточно. Да и оставаться дольше вместе было бы неосмотрительно.



    — Но ведь сторож скоро найдет труп собаки? А кто ее убил?



    — Вы, мадемуазель, вы — защищаясь от нападения.



    — Но я не ношу с собой оружия.



    — Придется им поверить, что носите, — улыбаясь ответил Люпен. — Вы же застрелили пса, и только вы и могли это сделать. Впрочем, пусть думают что угодно. Главное, чтобы никто не заподозрил меня, когда я приду в замок.



    — В замок? Вы хотите сюда прийти?



    — Еще не знаю как, но приду. Сегодня же вечером. Повторяю: не беспокойтесь, я отвечаю за все.



    Жанна, покоренная его волей, уверенностью и чистосердечием, посмотрела на него и просто сказала:



    — Я спокойна.



    — Все будет хорошо. До вечера, мадемуазель.



    — До вечера.



    Девушка ушла. Люпен, следивший за ней, пока она не скрылась за углом замка, пробормотал:



    — Милое созданье! Будет жаль, если с ней приключится беда. По счастью, храбрец Арсен начеку!



    Не особенно заботясь, что его могут увидеть, но все же чуько прислушиваясь, он обошел все закоулки парка, отыскал низенькую дверь, замеченную им снаружи и ведущую в огород, отодвинул засов, забрал ключ и, пройдя вдоль стены, добрался до дерева, по которому перелезал через стену. Через две минуты он уже садился на мотоциклетку.





    Деревушка Мопертюи располагалась по соседству с замком. Люпен навел справки и узнал, что докоор Геру живет рядом с церковью.



    Он позвониш, прошел в приемную и представился как Поль Добрейль, проживающий на улице Сюрен в Париже и присланный по поручению уголовной полиции; посему все, о чем он будет говорить, должно оставаться в тайне. Узнав из разорванного письма о происшествиях, которые угрожали жизни м-ль Дарсье, он явился на помощь девушке.



    Доктор Геру, старый деревенский врач, крестный Жанны, услышав рассказ Люпена, тотчас же согласился, что происшествия неопровержимо свидетельствуют о злом умысле. Чрезвычайно взволнованный, он гостеприимно предложил Люпену остаться обедать.



    Мужчины долго беседовали. Когда наступил вечер, они вместе отправились в замок.



    Доктор поднялся в спальню больного, расположенную на втором этаже, и попросил разрешения пригласить своего молодого коллегу, которому он собирается вскорости передать свою практику, посольку желает уйти на покой.



    Войя, Люпен увидел Жанну Дарсье, сидящую у изголовья отца. Она сдержала удивление и, повинуясь знаку доктора, вышла.



    Врачебный осмотр пртисходил в присутствит Люпена. Лицо у г-на Дарсье было измождено страданиями, глаза лихорадочно блестели. В этот день он особенно жаловался на сердце. После того как врач его выслушал, больной принялся с заметной тревогой задавать вопросы о своем здоровье; казалось, каждый ответ приносит ему облеочение. Затем он заговорил о Жанне, полный убеждения, что его обманывают и что с дочерью происходили и другие несчастные случаи, о которых он не знает. Несмотря на то, что доктор все отрицал, больной выказывал беспокойство. Он желал, чтобы обо всем сообщили в полицию и чтобы та начала расследование.



    Потихоньку его возбуждение стало утихать, и он задремал.



    В коридоре Люпен остановил варча.



    — Ну, доктор, что вы все-таки об этом думаете? Не полагаете ли вы, что болезнь господина Дарсье может быть вызвана внешней причиной?



    — Что вы имеете в виду?



    — Ну, предположим, некто хочет избавиться и от отца и от дочери.



    Доктор Геру, казалось, был поражен таким предположением.



    — В самом деле. В сммом деле. Его болезнь протекает порой весьма необычно! У него почти полностью парализованы ноги, но это ведь заключительная стадия… — Доктор немного подумал и тихо продолжал: — Значит, яд… Но какой? К тому же я не вижу симптомов отравления. Хотя, надо думать… Что вы делаете? Что случилось?



    В этот момент мужчины беседовали у двери в небольшую столовую второго этажа, где Жанна, пользуясь тем, что к отцу пришел врач, решила поужинать. Люпен, наблюдавший за ней через открытую дверь, увидел, что она поднесла чашку к губам и сделала несколько глотков. Он стремглав бросился к ней и схватил ее за руку.



    — Что это вы пьете?



    — Как что? — не понимая, переспросила девушка. — Чай.



    — А почему вы сморщились, как от чего-то неприятного?



    — Не знаю. Мне показалось…



    — Что показалось?



    — Вроде он какой-то горьковатый. Но это из-за лккарства, которое я в него налила.



    — Какого лекарства?



    — Я за едой всегда принимаю капли. Вы же сами прописали, верно, доктор?



    — Да, — подтвердил врач, — но ведь это лекарство безвкусное. Вам это прекрасно известно, Жанна, вы принимаете его уже две недели, и только сегодня…



    — И правда, — проговорила девушка, — у этих какой-то привкус… Ой, во рту горит!



    Доктор Геру отпил глоток из чашки, тут же сплюнул и воскликнул:



    — Именно так! Ошибки быть не может!



    Люпен осмотрел флакон с лекарством и спросил:



    — Где стоит этот флакон днем?



    Но Жанна ответить не смогла. Побледнев как смеерть, она поднесла руку к груди, глаза ее расширились; было ясно, что она испытывает невыносимую боль.



    — Мне плохо, — едва вядавила она.



    Двое мужчин быстро перенесли ее в спальню и уложили на кровать.



    — Ей нужно дать рвотное, — сказал Люпен.



    — Откорйте шкаф, — приказал доктор. — Там аптечка… Нашли? Достаньте маленький пузырек. Да, этот. И теплой воды, побыстрее! Она на чайном подносе.



    На звонок прибежала горничная Жанны. Люпен объяснил ей, что у м-ль Дарсье приступ неизвестной болезни.



    Поспешно вернувшись в столовую, он осмотрел буфет и стенные шкафы, спустился в кухню под предлогом, что врач поручтл ему провермть, как готовится еда для г-на Дарсье. Не вызвав никаких подозрений, он поговорил с кухаркойй, слугой и сторожем Батистом, который тоже обедал в замке. Поднявшись наверх, он отыскал доктора.



    — Ну как?



    — Спит.



    — Опасности нет?



    — Нет. По счастью, она выпила лишь несколько глотков. Но вы уже во второй раз спасаете ей сегодня жизнь. Анализ содержимого флакона докажет это.



    — Анализ ни к чему, доктор. Попытка отравления бесспорна.



    — Но кто?



    — Не знаю. Мерзавец,-который устроил это, знает привычки обитатплей замка. Он ходит где угодно, гуляет по парку, подаиливает собачью цепь, отравляет пищу, короче, передвигается и действует с тою же свободой, что и та или, точнее, те, кого он хочет отправить на тот свет.



    — Вы считаете, что угроза нависла и над господином Дарсье?



    — Безусловно.



    — Значит, кто-то из слуг? Но это невероятно. Вы как полагаете?



    — Никак не полагаю. Я ничего не знаю. Могу сказать только одно: положение сепьезное, нудно опасаться самого худшего. Смерть рядом, доктор, она упрямо крвжит по замку и в скором времени настигнет тех, кого преследует.



    — Что же делать?



    — Будем начеку. Сделаем вид, что нас б
    Страница 16 из 21 Следующая страница



    [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 21]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.