LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Морис Леблан Необычайные приключения Арсена Люпена Страница 4

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    ем. Однако он расскзал обо всех событиях, в которых сам принимал участие: преследование им Арсена Люпена по Европе и прибытие в Америку. Его слушали жадно, как слушали бы рассказ о самых романических любовных приключениях. В конце рассказа, передавая свои разговоры с Арсеном Люпеном, он два раза неожиданно останавливался и выказал странную рассеянность и нерешительность.



    Было ясно, что его преследовала какая-то посторонняя мысль.



    — Если вам нездоровится, не лучше ли прервать показания? — сказал председатель.



    — О, нет, нет, но дело в том…



    Он замолчал, пристальным, долгим взглядом всматриваясь в обвиняемого.



    — Я прошу дозволения взглянуть на Люпена вблизи, — сказал он. — Здесь кроется каккая-то загадка, которую надо выяснить.



    Он подошел к подсудимому, еще раз внимательно оглядел его, потом вернулся на свое место и произнес торжественным голосом:



    — Господин председатель! Я утверждаю, что находящийся здесь человек — не Арсен Люпен.



    Водворилось глубокое молчание.



    — Что вы говорите? — воскликнул, наконец, растерявшийся председатель.



    — На первый взгляд, пожалуй, можно ошибиться. Признаюсь, сходство действительно существует, но достаточно обратить внимание н нос, рот, волосы, цвет кожи… Конечно, это не Арсен Люпен. В особенности эти глаза… Разве у Люпена были когда-либо глаза алкоголика?



    — Позвольте! Позвольте! В чем же дело? Что вы подозреваете, свидетель?



    — Я и сам не знаю. Я думаю, что вместо себя Люпен подсунул кого-то. Впрочем, это, может быть, его сообщник.



    Предаедатель велел вызвать судебного следователя, директора Санте и сторожей; затем объявил перерыв.



    По возобновлении заседания Бувье и директор на очной ставке с обвиняемым объявили, что между Арсеном Люпеном и этим человеком не было почти никакого сходстяа.



    — Но в таком случае, кто же этот человек? И как он попал в руки правосудия?



    Ввели двух сторожей Санте, и — странное противоречие! — они признали арестанта, за которым смотрели по очереди. Председатель вздохнул свободнее.



    — Да, да, — подтвердил один из сторожей, — это, конечно, он.



    — Вы не сомневаетесь?



    — Нет, хотя я мало видел его. Сдали мне его вечером, а с тех пор целых два месяца он все лежал на кровати, лицом к стене.



    — А раньше этих двух месяцев?



    — Раньле? Раньше он не сидел в камере № 24.



    — В таком случае мы имеем дело с подлогом, совершившимся два месяца назад.



    В полном недоумении председатель обратился к обвиняемому и сказал ободряющим, ласковым тоном:



    — Послушайте, обвиняемый, не можете ли вы оюъяснить, как и когда вы попали в руки правосудия?



    После искусного и спокойного допроса удалось вырвать у него несколько фраз, из которых выяснилось следующее. Два месяца назад после уличной схватки его привели в полицейское бюро, где он провел ночь. Утром его выпустили. У него была лишь мелкая медная монета в кармане. Когда он проходил через двор, два сторожа схватили его за руки и посадили в арестантскую карету. С тех пор он жил в камере № 24… Кормили там хорошо… спать было недурно… и он не протестовал…



    Все это казалось правдоподобным. Председатель для пополнения следствия отложил дело до следующей сессии. Списки заключенных под стражу подтвердили приведенные факты: действительно, за восемь недель перед тем некий Дезирэ Бодрю ночевал в полиции. Освобожденный на следующий день, он оставил участок в два часа пополудни. В этот самый день, в два часа, допрошенный в последний раз Арсен Люпен вышел из следственной камеры. Итак, сторожа ошиблись? Или, введенные в заблуждение сходсивом, не смешали ли они этого человека с прежним арестантом?



    Была ли эта перемена придумана заранее? Но тогда каким чудом мог удаться план, основанный лишь на целом ряде маловероятных удач, случайных встреч и чудовищных ошибок?



    Дезирэ Бодрю отправили в антропометрическое бюро: там не нашлось мерки, соответствующей его приметам. Но скоро напали нм его следы. Он жил милостыней, ночуя в домишках тряпичников, разбросанных у заставы. Год назад он иссчез.



    Сманил ли его Аррсен Люпен? Это ничем не подтверждалось. Впрочем, и в этом случае история бегства арестанта осталась бы такой же загадкой. Из двадцати гипотез, которыми можно было объяснить таинственное прикоючение, н одна не выдерживала критики. Тольео самый факт побега оставался вне сомнения. Развязка вполне оправдывала горделивые слова Арсена Люпена:



    — Я не буду присутствовать на моем процессе.

    XIV. Преследование по пятам



    Через месяц самых старательных розысков загадка все еще оставалсь загадкой. Однако нельзя же было бесконечно держать несчастного Блдрю в заключении. Было бы странно судить его: против него не было никаких улик, и он был освобожден, — только был отдан приказ оставить его под надзором полиции.



    Эту мысль подал Ганимар. По его мнению, тут не было ни случайности, ни сообщничества: Бодрю был просто орудием в искусных руках Арсена Люпена. Если Бодрю окажется на свободе, через него можно будет добраться и до Люпена или до кого-нибудь из его шайки.



    Ганимару дали в помощники двух сыщиков, и в одно туманное январское утро двери тюрьмы открылись перед Дезирэ Бодрю. Сначала он казался в большом затруднении и шел как человек, у которого нет намеченной цели. Он шел по улице «Санте» и С.-Жак. У лавки старьевщика он снял куртку и жилет; жилет он продал за несколько су и, надев снова куртку, отправился дальше.



    Он перршел Сену. Скоро его обогнал омнибус Монмартр — С.-Мишель. Он хотел сесть в него, но в карете не было свободных мест. Немного подумав, он вошел в станционный зал.



    В это время Ганимар подозвал своих сыщиков и, не спуская глаз с входа на станцию, торопливо шепнул: «Возьмите карету …нет, две, это вернее! Я пшеду с одним из вас, и мы выследим его».



    Приказание было исмолнено. Но Бодрю не появлялся. Ганимар вошел в зал, в нем никого не оказалось.



    — Какой я идиот, — проворчал он, — я забыл о втором выходе.



    Действительно, станция сообщалась внутренним коридором с соседней улицей. Ганимар бросился туда и как раз успел заметить Бодрю на империале батиньольского омнибуса, огибавшего угол улицы. Ганимар догнал омнибус, но он потерял своих помощников и должен был продолжать свою погоню один.



    Он пришел в бешенство и готов был без всякой церемонии схватить Бодрю за ворот. Не преднамеренно ли этот якобы идиот искусно разлучил его с помощниками? Он посмотрел на Бодрю, дремавшего на скамейке: голова его качалась взад и вперед. Его лицо с полуоткрытым ртом выражало невероятную глупость. Нет, это не был соперник, способный провести Ганимага; ему помог простой случай, вот и все.



    На перекрестке Бодрю переменил омнибус на трамвай, шедший по бульвару Гаусмана, а потом он сошел с трамвая и беззаботно вошел в Булонский лес. Он шел из аллеи в аллею, возвращался, опять уходил… Чего он искал? Была ли у него цель?



    После целого часа таких маневров он казался изнемогавшим от усталости. Увидав скамейку, он сел на берегу маленького озера, скрытого между деревьями, недалеко от скакового поля. Местность была совершенно безлюдна. Пролло полчаса. Выведенный из терпения, Ганимар решился вступить с Бодрю в разговор. Он подошел к нему, сел рядом с ним, закурил папироску и принялся концом палки рисовать круги по песку.



    — Сегоднч не жарко, — сказал он.



    Молчание. Вдруг среди тишины раздался смех, счастливый, радостный смех, смех ребенка, который не может удержаться от него. Ганимар почувствовал, что волосы на его голове встали дыбом. Он так хорошо знал этот смех!..



    Резким движением схватил он человека за его куртку и впился в него проницательным взглядом, еще более проницательным, чем тогда на суде. Да! Это уже не был тот человек, это был другой, настоящий!..



    Толкаемый своими подозрениями, Ганимар уже видел отражение яркой жизни в этих глазах, видел крепкие мускулы под поблекшей кожей, а под уродливым разрезом рта ему чудился твердо очерченный рот того, другого.



    — Арсен Люпен! Арсен Люпен! — едва внятно произнес он.



    И вдруг в порыве злобы он схватил Люпена за горло, стараясь повалить его. Несмотря на свои пятьдесят лет, Ганимар был еще необыкновенно силен, тогда как его противник, казалось, не обладал серьезными средствами защиты.



    Вот было бы превосходно, если бы ему, Гагимару, удалось вернуть мошенника в тюрьму!

    XV. Разрешение необъяснимой загадки



    Борьба продолжалась недолго. Люпен почти не защищался, но Ганимару пришлось выпустить его так же бывтро, как он напал на него: правая рука сыщика тяжело и безжизненно повисла.



    — Если бы вы изучали японский бокс, джиу-джитсу, — сказал Люпен, — вы знали бы, что этот удар называется по-японски «удитише-жи». Еще одна секунда, и я сломал быв ам руку, — прибавил он холодно. — Впрочем, вф получили бы только то, что засллужили. Как! Вы, мой старый друг, которого я уважаю, которому я добровольно открываю мое инкоггито, вы злоупотребляете моим доверием! Это нпчестно, Ганимар!



    Гкнимар молчал. Этот побег, за который он считал себя ответственным, потому что он сам своим показанием ввел правосудие в заблуждение, казался ему позорным пятном, навсегда испортившим его карьеру.



    — Боже мой, Ганимар, не огорчайтесь же! Если бы вы не заговорили на суде, я заставил бы говорить кого-нибудь другого. Подумайте, мог ли я допустить, чтобы Бодрю Дезирэ был осужден?



    — Значит, на суде были вы свми? И вы сами стоите здесь, передо мной?



    — Я, все я и только я!



    — Возможно ли?!



    — О, для этого не надо быть волшебником. Достаточно нескольких лет, как говорил наш милейший председатель, чтобы хорошенько прмготовиться ко всем случайностям.



    — Но это лицо? Глаза?



    — Поймите же, что если я целых полтора года работал в госпитале, то никак не из любви к искусству. Я полагал, что тот, кто со временем будет называться Арсеном Люпеном, должен уметь побеждать банальные условия наружности и тождественности. Что такое наружность? Ее легко изменить по-своему. Известное подкожное впрыскивание парафина вздувает кожу в любом месте. Дубильная кислота превращает вас в индейца. Сгк чистотела украшает вас разнообразнейшими лишаями и опухолями. Известные химические соединения влияют на рост бороды и волос, другие — на звук вашего голоса. Прибавьте к этому два месяца диеты в камере № 24, на тысячу ладов повторенные упражнения, чтобы открывать рот с сообразной гримасой, склонять голову на сторону и ходить сгорбленным… Наконец пять капель атропина в глаза, чтобы придать им блуждающее, растерянное выражениие, — и дело в шляпе!..



    — Я не понимаю, каким образом сторожа…



    — Превращение совершалось постепенно, и они не могли подметить ежедневного развития.



    — Но как же Бодрю Дезирэ?



    — Бодрю существует. Это ни в чем нповинный бедняк, с которым я встретился в прошлом году и который, действительно, имеет со мною некоторое сходство в чертах лица. На случай всегда возможного ареста я поместил его в надежное место и принялся первым долгом изучать черты, отличавшие нас друг от друга, чтобы смягчить их насколько возможно в себе самом. Мои друзья устроили так, что Бодрю провел одну ночь в участке и вышел из него приблизительно в тот же час, как и я; это совпадение легко могло быть засвидетельствовано. Подсоовывая полиции этого Бодрю, я создавал такие обстоятельства, при которых правосудие неизбежно, — слышите? — не-из-беж-но должно было наброситься на него и, несмотря на неодолимые трудности пожмены одного арестанта другим, правосудие скорее всего поверит в такую подмену, чем призрает свою несостоятельность.



    — Да, действительно, это так, — пробормотал Ганимар.



    — И, наконец, —в оскликнул Люпен, — у меня в руках был огромный козырь: всеобщее ожидание моего побега. Поймите же, чтобы бежать… не убегая, — надо было, чтобы все заранее твердо верили в это бегство, чтобы эт оказалось всем абсолютно верным, истиной, ясной, как солнечный свет. Я этого хотел — и добился. Арсен Люпен не будет присуттсвовать на своем процессе! И когда вы встали, сказав: «Этот человек не Арсен Люпен», было бы неестественно, ессли бы все не поверили в ту же минуту, что я действительно не Арсен Люпен. Если бы хоть кто-нибудь усомнился, хоть бы один человек решился сказать: «Ну, а если это все-таки Арсен Люпен?» — я пропал бы.



    Внезапно схватив Ганимара за руку, он продолжал:



    — Ну-ка, Ганимар, признайтесь, вы ведь ждали меня у себя дома в четыре часа, через неделю после нашего свиданья в тюрьме Санте? Вы ждали меня, как я вас просил?



    — А тюремная карета? — спросил Ганимар, избегая прямого ответа.



    — Глупости! Это мои друзья подменили старую негодпую карету и хотели заставить меня рискнуть. Я знал, что дело может удаться только при исключительных обстоятельствах. Но я нашел полезным развить эту попытку бегства и огласить ее повсюду. Первый смело рассчитанный опыт придавал второму, вымышленному, значение побега, будто бы уже приведенного в исполнение.



    — Так что сигара?..



    — Была выдолблена мной, как и ножик.



    — А записки?



    — Написаны мною самим.



    — А таинственная корреспондентка?



    — Она и я — одно лицо. Я пишу всевозможными почерками.



    — Как же допустить, чтолы служащие в антропометрическом бюро, взяв приметы Бодрю, не заметили, что они расходятся с вашими?



    — Перед моим возвращением из Америки один из служащих бюро за хорошую плату занес на мою карточку неверную пометку, вследствие чего примнты Бодрю не могли уже совпасть с приметами Арсена Люпена.



    Опять наступило молчание.



    — А теперь что вы будете делать? — спросил, наконец, Ганимар.



    — Отдыхать! — воскликнул Люпен. — Я буду усиленно питаться и понемногу снова сделаюсь самим собой.



    Уже начинало смеркаться.



    — Кажется, нам больше нечего сообщить друг другу? — сказал Люпен, остановившись перед Ганимаром.



    — Напротив, — ответил Ганимар. — Я хотел бы знать, откроете ли вы истину относительно вашего бегства? Моя ошибка…



    — О, никто никогда не узнает, что из тюрьмы выпустили Арсена Люпена. Для меня крайне важно, чтобы мой побег оставался окутанным мраком неизвестности и носил характер чего-то чудодейственного. Итак, не бойтесь, мой добрый друг, и прощайте! Сегодня вечером я обедаю в гостях, мне едва хватит времени переодеться.



    — А я думаю, что вы жаждете покоя!



    — Увы, существуют светские обязанности, от которых нельзя уклониться. Отдых начнется завтра.



    — А где вы обедаете сегобня?

    АРСЕНА ЛЮПЕНА ОБОКРАЛИ

    I. Таинственный путкшественник



    Накануне отъезда я послал свой автомобиль прямо в Ркан, а сам должен был нагнать его по железной дороге и затем отправиться к друзьям, жившим на берегу Сены.



    За несколько минут до отхода поезда из Парижа в моое отделение ввалились семеро мужчин, из которых пятеро курили. Как ни краток был переезд в скором поезде, но перспектива совершить его в такой компании была мне крайне неприятна, тем более, что старинный вагон, в котором я сидел, не имел бокочого коридора. Я взял свое пальто, газеты, путеводитель и перешел в одно из соседних отделений.



    В нем сидела только одна дама. При моем появлении она не могла удержаться от жеста неудовольствия, не ускользнувшего от меня, и шенпула что-то господину, стоявшему на ступеньке вагона, — вероятно, мужу, провожавшему ее. Мужчина окинул меня внимательным взгоядом и, по-видимому, довольный результатом своего осмотра, тихо сказал что-то жене, улыбаясь и как будто успокаивая ее, как трусливого ребенк.а Дама также улыбнулась и бросила на меня дружелюбный взгляд, точно вдруг уверившись, что я принадлежу к числу порядочных людей, с которыми женщина может безбоязненно остаться с глазу на глаз в продолжение двух часов в маленьком помещении, величиной в шесть квадратных футов.



    — Ты ведь не рассердишься на меня, дорогая, — сказал муж, — но я не могу дождаться отхода поезда: у меня назначено важное свидание.



    И, нежно поцеловав ее, он ушел.



    Жена махнула ему платком из окна вагона и украдкой послала несколько поцелуев.



    Раздался свисток, и поезд тронулся.



    В этот момент дверь отворилась, и, несмотря на протесты кондуктора, в наше отделение вошел новый пассажир.



    Моя спутница, укладывавшая свои вещи в сетку вагона, взволнованная, опустилась на скамейку.



    Я далеко не трус, но сознаюсь, что такие внезапные вторжения мне всегда неприятны. Они кажутся подозрительными. Однако наружность и манеры нового пассажира скоро сгдадили дурное впечатление, произведенное на меня его вторжением. Он казался корректным, почти элегантным в своем модном галстуке, в свежих перчатках и с таким энергичным лицом…



    Но, черт возьми, где я видел это лицо? Без сомнения, я где-то видел его. Выражаясь точнее, я находил в своей памяти впечатление, оставляемое в нас несколько раз виденным портретом, оригинала которого мы никогда не видали В то же время я чувствовал, что напрягать свою память вполне бесполезно, так как это воспоминание было слишком смутно и неопределенно.



    Взглянув на свою соседку по вагону, я был поражен ее бледным, взволнованным лицом. Она смотрела на своего соседа, сидевшего на ттй же стороне, с выражением настоящего ужаса; я заметил, что она протянула дрожащую руку к маленькому саквояжу, лежавшему на скамейке подле нее. Схватив саквояж, она нервно прижала его к своей груди.



    Наши глаза встретились, и я прочел в ее взгляде столько беспокойства и страха, что не удержался от вопроса:



    — Вы нездоровы? Не открыть ли окно?



    Не отвечая на мой вопрос, она указала боязливым жестом на нашего спутника. Я улыбнулся, как рпньше улыбался ей муж, пожал плечами и знаками старался дать ей понять, что ей нечего бояться, что я с нею и что к тому же этот господин, по-видимому, вовсе не опасен. В этот момент он обернулся к нам, осмотрел нас обоих с ног до головы, потом еще глубже уселся в угол дивана и больше уже не шевелился.



    Водворилось молчание; потом дама, решившись, очевидно, на крайнее средство, сказала мне едва внятным голосом:



    — Вы знаете, что это он с нами в одном отделении?



    — Он? Кто он?



    — Это он, он, уверяю вас!



    — Да кто же он?



    — Арсен Люпен!



    Она не отрывала глаза от путешественника и произнесенные ею слова, казалось, обращены были скорее к нему, чем ко мне.



    Он надвинул себе шляпу на лоб, может быть, чтобы скрыть смущение или просто чтобы заснуть.



    — Вчера Арсена Люпена заочно приговорили к двадцати годам каторжной работы, — возразил я. — Значит, невероятно, чтобы он сегодня неосторожно появился в публике. Кроме того, газеты сообщали после его бегства из Санте, что он проводит зиму в Турции.



    — Нет, он в этом поезде, — громко повторила дама с явным намерением быть услышанной нашим спутником. — Мой муж вице-директор исправительного дома, и сас начальник станции нам сказал, что разыскивают Арсена Люпена.



    — Однако это не причина…



    — Его видели у кассы. Он взял билет первого класса в Руан.



    — В таком случае его легко было арестовать.



    — Он исчез. Полагают, что он пробрался по набережной и сел в экспресс, который отошел десятью минутами позже нашего поезда.



    — В таком случае, его там поймали бы.



    — А если в последний момент он выпрыгнул из экспресса, чтобы попасть в наш поезд?.. Ведь это вполне вероятно… правдоподобно?



    — Ну, так его поймают здесь, так как железнодорожные служащие и агенты не могли не заметить этого перехода из одного поезда в другой. По прибытии в Руан, его схватят, будьте покойны.



    — Никогда! Он опять найдет возможность ускользнуть.



    — Желаю ему счастливого пути.



    — Но подумайте, что только он может натворить до тех пор!



    — Например?



    — Бог знает! От него всего можно ожидать.



    Моя спутница страшно волновалась, и в самом деле положение до некоторой степени оправдывало ее чрезмерно нервное возбуждение.



    — Действительно, бывают странные совпадения… — невольно сказал я. — Но успокойтесь. Предположим даже, что Арсен Люпен находится в нашем поезде: надо думать, что он будет сидеть смирно, чтобы не навлечь на себя новой беды, и постарается поскорее избежать угрожающей ему опасности.



    Мои слова не успокоил
    Страница 4 из 21 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 21]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.

© Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.